Интервью Проект Familio

Ушел от помещицы, построил дом и стал уважаемым мещанином

Опыт в генеалогии призера акции Familio 28.03.2022 8 мин. чтения

Ушел от помещицы, построил дом и стал уважаемым мещанином

Семья Федотовых. Фото из семейного архива

В период пандемии архивы начали оцифровку больших объемов архивных документов, а у людей появилось много свободного времени. Героиня нашего интервью Светлана Ярославская – одна из победительниц акции «Сохраните историю своей семьи для потомков». Светлана работает в сфере туризма, и когда пандемия заперла всех по домам, она с удовольствием вернулась к увлечению генеалогией. Светлана рассказала, как ей удавалось раскрывать одну семейную легенду за другой.

Светлана, как началось ваше знакомство с генеалогией?

Скажем так, с генеалогией меня ничего не связывает. Работаю совершенно в другой сфере. Первые попытки поиска родословной были с 2013 по 2015 год, когда в нашей семье родилась дочка, и мы поехали знакомить ее с бабушками и дедушками, прабабушками. Они на своих руках держали правнучку, и ко мне пришло осознание, что здесь и сейчас собралось четыре поколения, а наша дочка – это продолжение истории наших предков, истории семьи.

В 2015 году мы потеряли наших бабушек, фактически одну за другой в течение трех месяцев. После этого поняли, что с ними ушла целая эпоха. В их домашних архивах остались некоторые документы и фотографии, но было непонятно, что это за люди, – на фото не было подписей. Мы расспрашивали родных, и нам стали открываться новые фамилии, а я записывала всю информацию.

Какими были первые самые интересные находки?

Большой прорыв случился в 2020 году, когда началась пандемия. Моя сфера деятельности, связанная с туризмом, оказалась парализована ситуацией в мире, появилось очень много свободного времени, а вдобавок Центральный государственный архив Москвы начал сканировать метрические книги и выкладывать в онлайн-доступ. Тогда я вернулась к поискам. Новый этап начался с того, что я расспрашивала родителей и близких родственников и записывала фрагменты их воспоминаний. Например, у дедушки мужа было девять братьев и сестер. Они между собой хорошо общались, очень много информации сохранилось.

По мужу ветка получилась длинной, фотографии сохранились аж до шестого поколения. Родственники мужа живут в Алатыре в Чувашии. Его троюродная сестра часто приезжает к ним и тоже расспрашивает. 

С моей семьей было немножко сложнее, но кое-что осталось у родных. Например, бабушка сохранила документы вплоть до свидетельства о рождении моей прабабушки 1930-х годов. С его помощью я смогла дойти до имен и отчеств шестого поколения. Информация еще не подтверждена, потому что это Калужская область и документы не могут найти, говорят, что они уничтожены. 

Светлана Ярославская с мужем и дочкой. Фото из семейного архива

Какие способы поиска вы еще используете? 

Я зарегистрировалась на нескольких генеалогических форумах и информационных порталах, где почерпнула много полезной информации, познакомилась с единомышленниками. Потом состоялся первый поход в ЗАГС и Центральный государственный архив Москвы. Там я искала в метрических книгах записи о рождении прабабушки и прадедушки по линии моего отца, они коренные жители подмосковного города. Родились в один год – 1905. Метрические книги оказались отсканированными в архиве прямо на компьютере. Я изучала первые годы после революции и быстро наткнулась на свою фамилию, чем была поражена. Запись о рождении прадеда я нашла сразу, а прабабушки не было. Оказалось, что она записана в книге 1904 года. Самое интересное в этой находке, что после я через ЗАГС восстановила документы, и там уже увидела 1904 год, но день рождения не совпадал ни со старым, ни с новым стилем, – однако приходился тоже на осень, что подтверждало рассказы родственников:

«Мы помним, что прабабушка родилась под последний сенокос».

Некоторые семейные легенды до сих пор не подтверждены. Например, что касается матери прабабушки, которую я в 1904 году нашла, родственники были убеждены, что ее звали Клавдия. Чуть позже я нашла документы и говорю: «Их маму звали Мария». Они говорят: «Нет, Марию мы бы запомнили. Нам запомнилось имя Клавдия, потому что оно какое-то необычное». В итоге я нашла ее младшую сестру Клавдию, которая родилась до революции, но умерла ребенком. Почему-то это имя осталось, а Мария ушла из истории. 

Потом я стала искать по девичьей фамилии прабабушки. Пошла на кладбище и думаю: «Надо на могилке посмотреть, что там еще написано». Место родовое, старое,  сориентироваться тяжело, потому что зарастает травой. Могилки моих Ярославских чуть-чуть в глубине, а перед ними еще три, и на одной подписано – Егоровы. Тогда и выяснилось, что она в девичестве была Егорова.

Одно из открытий было спонтанным. На тот момент я изучала дореволюционный период. На сайте ЦГА города Москвы опубликовали метрические книги по г. Верея 1861 года. Не возлагая на них особенных надежд, я решила почитать их в поисках знакомых фамилий и имен. Я уже знала, прихожанами какой церкви были мои предки. И фактически сразу же наткнулась на бракосочетание моего прапрапрадеда с прапрапрабабушкой в церкви Царе-Константиновская. Ему было 25 лет, ей – 17 лет. Она – солдатская сирота из крестьянской семьи (ее предки – из Заруцкой Слободы Борисова городка), а про него было написано:

«Бывший дворовый человек титулярной советницы Александры Ярославской, передан по ея распоряжению в Казенное ведомство города Вереи».

Были указаны возраст, имя, отчество, но без фамилии.

Запись в метрической книге о бракосочетании Матвея Яковлевича Ярославского и Аграфены Алексеевны. Фото из семейного архива

Через год, уже в 1862 году, они с супругой и первенцем были указаны как Ярославские. В последующие годы он, его дети и многочисленные внуки носили эту фамилию. Примечательно, что в своих поисках я попала, казалось бы, в тупик: в более ранний период до 1860 года ни в метрических книгах, ни в ревизских сказках ни одной персоны с фамилией Ярославские я не находила. По другим документам (адрес-календари, памятные книги и др.) в Верейском уезде тоже не было помещиков и титулярных советников с такой фамилией. Но недавно снова напала на след и нашла искомую титулярную советницу вдову Ярославскую в исповедных ведомостях с 1829 по 1847 годы, проживающую рядом, в сельце Абросово, прихожанку церкви Троицкая. А с ней жила дворовая девица Настасья Елисеева и ее подрастающий сын Матвей. Александра Ярославская оказалась дочерью помещицы, которая владела частью сельца Абросово. Мать ее – вдова майорша Яковлева. Поиски помещиков привели меня в Москву, в Новинскую часть (район современного Новинского бульвара и Арбатской улицы), где они, судя по всему, жили зимой, а на лето приезжали в свое загородное поместье. В Москве я определила церковь, которую майорша Яковлева, ее зять Гаврила Ярославский с супругой Александрой и дворовыми посещали как минимум с 1811 года. Они жили в Москве на Новинской 1.

Детей у них не было. С ними жили только дворовые, одной из которых оказалась будущая матушка Матвея – 15-летняя сирота и дворовая девица Настасья Елисеева, которая вместе с помещиками ездила туда-сюда и в итоге осела в Верее как бесфамильная вольноотпущенная в 1850 году, причисленная к Мещанскому сословию г. Вереи. А до этого, в 1835 году, у нее появился ребенок – Матвей. Настасья родила его в 33 года внебрачно. Вот так получилось раскрыть загадочную запись.

Но это далеко не всё! Загадки не заканчиваются, а лишь появляются. Передо мной стоит задача выяснить, где был и чем занимался Матвей с 1848 по 1860 годы. Так что поиски продолжаются.

Вы упоминали о том, что в работе использовали разные сервисы. Как давно вы обнаружили Familio? 

В рекламе в Инстаграме увидела сервис Familio. В принципе сервис хороший. Много полезной информации для начала поиска. Приятно удивил географический поиск. Очень удобно, что можно найти населенный пункт, его описание и даже открыть скан из справочника, особенно когда сталкиваешься с деревнями, которых сейчас не существует. Например, отец прабабушки прибыл из Смоленской губернии, деревни Мышьяки или Мышьяково. Это название везде по-разному пишется. Я была удивлена, что сервис нашел и указал его, как Гжацкий уезд Смоленской губернии и области. Благодаря этому сразу понимаешь, что искать надо в смоленском архиве.

По моим фамилиям на Familio информации мало. У меня есть родовая фамилия, по ревизской сказке она написана Стрепихеева, а где-то написана как Стрипихеева. Когда перебирала фамилии на сервисе, я ее не нашла. И фамилию по ветке мужа не нашла – Антюшева или Актюшева. 

На Familio есть возможность добавлять родственников, но, на мой взгляд, не очень продумана навигация. В моем древе уже около ста только прямых родственников, а есть еще их родные братья и сестры… Если я буду каждого вносить на сервис, то это не удобно.

На Familio началось тестирование функции импорта информации с других генеалогических сервисов с помощью Gedcom. Следите за новостями в социальных сетях и на сайте медиа.

По какой родословной ветке вы продвинулись глубже всего?

По супруге прапрапрадеда, до 1700 года, по 13 поколение. Он приехал и женился на крестьянской девушке из местной деревни в Московской губернии. Оттуда выходили в основном портные. Эта история уходит до казаков из Заруцкой слободы Борисова городка.

Казаки эти были отправлены под Можайск в Борисов городок Московской губернии. Они очень долгое время находились в Заруцкой слободе. По истории было известно, что там глушь была и места мало, поэтому разделили потомков казаков в разные города и отправили 15 семей недалеко от Вереи в село Митяево. По ревизской сказке 1858 года я нашла в итоге всю семью Тарасовых – это история казаков, которые переехали из Заруцкой слободы. Последний предок их был военный, выступал во многих походах. Через одного историка, который изучает Борисов городок, я и узнала историю выходцев Тарасовых.

Есть еще одна интересная история. Оказалось, что мой прадед и прабабушка были фактически родственниками – пятиюродными братом и сестрой.

В подмосковном городе Верея фамилия Ерковы – очень распространенная. Почему так получилось – могу лишь догадываться. Когда по женским линиям прадеда и прабабушки вылезла эта фамилия, я подумала, что это лишь однофамильцы. В ходе поисков я уперлась в одного и того же предка – купца Еркова. У этого купца было шестеро сыновей: Михаил больший, Иван больший, Иван меньшой, Михаил меньшой, и еще двое младших – Гаврила и Никита. Получается, что Михаил меньшой стал предком моей прабабушки, а Гаврила – предком моего прадеда.

Мои прадед и прабабушка вступили в брак уже после революции, в 1930-х годах, и скорее всего, даже не знали, что имеют общего предка. 

Светлана Ярославская в детстве с родителями. Фото из семейного архива

Какие у вас планы по генеалогии?

На самом деле задач я ставлю себе очень много. Планирую закрыть в основном белые пятна, двигаться не вглубь, а вширь. Хочу исследовать то, что происходило по женским линиям в Московской губернии – для меня это проще всего. Будет время и возможность – переключусь на другие губернии. Я задумывалась о том, чтобы написать книгу, но на это нужно время. Кроме этого, должны быть документальные подтверждения, потому что книга – это вещь серьезная. Считаю, что любое заявление, особенно историческое, должно быть подкреплено документально.

Как вы считаете, зачем изучать родословную? Почему вкладываете в это свои силы, время и деньги?

Родословная – это интересно, это память о предках, которые дали нам жизнь, это опыт поколений, который мы, к сожалению, растеряли, которого не хватает в современной жизни. Даже по своей работе я понимаю, что европейский опыт из поколения в поколение передается. А российский опыт из поколения в поколение теряется. У нас в России у многих людей жизнь была тяжелая, у наших бабушек, дедушек, которые войну пережили. Война уничтожила очень много и документов, и людей, которые тоже могли что-то рассказать и передать это своим потомкам. Поколение 1970-х годов, а особенно 1990-х годов и наши дети современные не знают, какая была жизнь у бабушек и у дедушек, про прабабушек-прадедушек вообще можно не говорить. Чем глубже в лес, тем темнее.

Светлана, вы гордитесь своими предками?

Да. Даже взять моего прямого предка, Матвея Яковлевича Ярославского, я фамилию его сохранила. И несмотря на то, что я нашла запись о том, что Ярославский – это бывший дворовый человек, в своих исследованиях я поняла, насколько это был сильный человек, который вышел из крепостного права, купил землю, построил дом, родил как минимум 11 детей. Он стал мещанином в городе Верея, общался с купцами и с людьми, которые занимали, судя по архивным записям, хорошие должности. Можно лишь догадываться, кем он был, но он был грамотным и образованным. Ярославский – один из тех людей, которые оставили большой след в истории города. Я горжусь, что это мои предки.